Новый год 1

Made in China

26. 02. 2018
posted by: Юридический бизнес
Просмотров: 591
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Rating 0.00 (0 Votes)

Китай давно уже стал притчей во языцех в деловых кругах: темпы развития китайской экономики действительно поражают.

Fotolia 88773401 XS1

Активно развивается и юридическая отрасль: множество крупных фирм со всего мира уже открыли свои представительства в крупнейших городах страны. Однако если раньше на правовом рынке всецело господствовали иностранцы, то сейчас наблюдается явное усиление позиций местных компаний.

Немного истории

Четверть века назад юридическое сообщество Китая насчитывало всего 3000 специалистов. Почти все из них получили образование в рамках советской правовой школы. Но даже это ничтожное по сравнению с миллиардным населением количество специалистов было истреблено во времена Культурной революции, и юридическая профессия исчезла как таковая.

Только в 1979 году, через несколько лет после смерти Мао Цзэдуна, началось ее возрождение. В августе 1980 года был издан «Временный закон о юридической практике в Китайской Народной Республике». Согласно этому нормативному акту все адвокаты стали считаться «государственными работниками юридической системы». Постепенно число юристов увеличивалось. В 1986 году в Пекине была основана Национальная ассоциация юристов Китая. В этом же году Министерство юстиции ввело единый государственный квалификационный экзамен для будущих юристов. Поначалу он проводился два раза в год, а потом, начиная с 1992 года, стал ежегодным.

Министерство юстиции также постоянно экспериментировало с организационной формой юридических консультаций. Поначалу они представляли собой полностью подчиненные государству унитарные предприятия, потом преобразовались в кооперативы, а в 1989 году появились и первые частные партнерства.

Отказавшись от политики закрытых дверей, Китай постепенно начал устанавливать торговые и технологические связи с другими странами. Многие транснациональные корпорации приступили к налаживанию сотрудничества с китайскими партнерами; некоторые из них даже учредили в Китае свои представительства, и это создало огромный спрос на правовые услуги.

Поначалу правительство не разрешало иностранным юридическим фирмам открывать филиалы непосредственно на территории страны. Стараясь обойти этот закон, многие западные адвокаты работали в Китае не как юристы, а как бизнес-консультанты.

1 июля 1992 года Министерство юстиции внесло поправку в законодательство и позволило иностранцам получать лицензии на ведение юридической практики. Однако их деятельность была ограничена по четырем позициям: до недавнего времени иностранные фирмы могли открыть в Китае только один офис и только в пятнадцати городах Китая (Пекин, Шанхай, Гуанчжоу и пр.). Так же им запрещалось нанимать в штат китайских специалистов и специализироваться в чем-то ином, кроме иностранного и международного права.

Вступление Китая в ВТО повлияло на отмену запретов, касающихся количества и местоположения офисов, однако ограничение насчет китайских сотрудников остается в силе. Начиная с 2002 года, иностранные юридические фирмы получили некоторые послабления по части своей узкой специализации, но до сих пор им приходится привлекать китайские фирмы, если их клиенты просят дать консультацию по китайскому законодательству.

К настоящему времени в стране работают более двухсот иностранных юридических фирм из 12 стран и 23 фирмы из Гонконга.

Стремясь развивать национальную юридическую практику, китайские власти к январю 2002 года распустили или приватизировали все государственные юридические консультации. Сменив форму собственности, юридический бизнес значительно вырос и укрепил свои позиции. Другим позитивным фактором стала поддержка Министерством юстиции западной модели развития юридического бизнеса. Среди прочего она предполагает постоянный рост путем слияний и поглощений или за счет найма дополнительного персонала. Так, крупнейшая шанхайская фирма Allbright Law Offices была образована за счет слияния Shanghai Tian He Law Firm и Shanghai Jin Lian Law Firm. Одна из передовых китайских фирм King & Wood за последние несколько лет значительно расширила свои размеры и планирует набрать еще 100 юристов в течение следующих двух лет.

В настоящее время лицензию имеют около 8500 китайских юридических фирм, в работе которых задействовано более 100 тысяч специалистов. И если изначально они занимались практически только гражданским и уголовным правом, то сейчас китайские адвокаты активно работают с финансами, инвестиционными проектами и недвижимостью.

Сменился и статус юриста. Традиционно в народе его расценивали как пятую ступицу в колесе судебной системы, однако сейчас все больше и больше людей считают, что адвокат — это весьма важная фигура в рыночной экономике.

Общая характеристика рынка

Несмотря на то, что пресса в течение многих лет говорит о китайском экономическом чуде, не стоит забывать, что пока речь идет не столько о больших достижениях, сколько о скорости развития экономики.

Китайский рынок ценных бумаг до сих пор находится в зачаточном состоянии; банковская система страдает от невозврата кредитов; законодательство меняется с бешеной скоростью, а государственная система поражена коррупцией.

Fotolia 1281609 XS

В целом правовая культура Китая по-прежнему находится на довольно низком уровне. В первую очередь ей не хватает надежности и уважения к юридическому документу. Например, если в развитых странах подписанный договор имеет большую силу, то в Китае контракт ни в коей мере не гарантирует защиту интересов сторон.

Существующая процедура утверждения сделок на всех уровнях власти (город, провинция, страна) в сочетании с постоянно меняющимся законодательством создают все условия для взяточничества. Бюрократическая волокита и коррупция серьезно затягивают судебные дела и процесс оформления договоров.

Так, например, если в западных странах регистрация общества с ограниченной ответственностью (даже с иностранным участием) занимает 3-7 дней, то в Китае на это может уйти до полугода.

В стране невозможно делать бизнес, если у руководителя нет связей с местными чиновниками, и он слабо представляет себе систему принятия решений. Так Кеннет А. Катшоу, главный юрисконсульт фирмы Cajun Operating Co., приводит пример важности знания местных особенностей:

«Я работал в компании, которая организовала с китайцами совместный проект по созданию медицинских утилизаторов. Спрос на подобную продукцию был большой, но ей не удавалось запустить производство в течение трех лет. У руководства фирмы были хорошие связи в центральном природоохранном ведомстве, но вскоре оказалось, что разрешение, которое им требуется, нужно получать в нижестоящей инстанции. Из природоохраны провинции их спустили на муниципальный уровень, и там проект окончательно забуксовал. Изначально в составе учредителей были только американцы и сингапурцы, но стоило им взять в долю китайцев, как дело тут же пошло на лад».

По словам Джанет Е. Тэйлор, главного юрисконсульта мебельной компании Havertys, очень важны хорошие отношения с владельцами фабрик, на которых западные компании размещают производственные заказы. По ее опыту, китайская бизнес-культура основывается, прежде всего, на личных связях, и уже только потом на договоре. На качественное и быстрое исполнение заказов можно надеяться только тогда, когда заказчики инвестируют достаточно средств в «налаживание отношений» с высшим и средним руководством предприятия.

Местные власти регулируют практически все области деятельности бизнеса и их полномочия простираются от вопросов найма персонала до интеллектуальной собственности. Компании должны отчитываться перед целым рядом государственных учреждений, включая департамент полиции. В таких условиях зачастую только местные специалисты могут разобраться в ситуации и разрешить тот или иной конфликт.

Кроме того, развитие бизнеса в Китае ограничивают всевозможные лицензии, которые надо получать чуть ли не на все случаи жизни. Даже интернет-компаниям приходится нелегко. Как говорит начальник юротдела Yahoo China Джэйн Жанг: «Если вы имеете сайт в Интернете, вас расценивают как СМИ, а это значит, что вам необходимо получить массу официальных разрешений».

Территориальные особенности

Fotolia 174907601 XS1

В Китае существует три промышленных и финансово-экономических центра — Пекин, Шанхай и Гуанчжоу.

Первые иностранные юридические фирмы были основаны в Пекине. Будучи столицей, Пекин задает тон по всем сферам юридической и экономической работы в Китае. К тому же он является центром китайского рынка ценных бумаг, разрешения споров, проектного финансирования и регистрации интеллектуальной собственности.

В течение последних лет множество фирм было открыто в Шанхае, который активно конкурирует с Гонконгом и Сингапуром за статус азиатского коммерческого центра. Шанхай нередко называют индустриальным двигателем Китая; он является финансовой и банковской столицей страны. Здесь также совершаются наиболее крупные сделки по покупке и продаже недвижимости.

Близость Гуанчжоу к Гонконгу и его огромные трудовые ресурсы превратили город в центр притяжения иностранных инвестиций. В последнее время его значение несколько снизилось на фоне бурного роста Шанхая, но развитая промышленность и транспортные коммуникации, тем не менее, играют огромную роль в экономике страны.

Основные тенденции рынка

В 2005 году валовой внутренний продукт Китая достиг 1,79 триллионов долларов, сделав его шестой по размерам экономики страной в мире. В соответствии с официальными данными, за последние 20 лет зарубежные компании инвестировали в китайскую экономику около 500 миллиардов долларов, что ставит ее на второе место в мире, сразу после США, по объему иностранных инвестиций.

Идет постепенная приватизация государственных предприятий, в том числе компаниями с иностранным капиталом.

Как уже было сказано выше, рост сделок в сочетании с усложняющимся законодательством порождает большой спрос на услуги юридических фирм. Так, в 2006 году объем правового рынка увеличился на 10% по сравнению с предыдущим.

Соответственно растет спрос и на юристов, особенно на специалистов, владеющих английским языком и северными диалектами китайского языка (на них разговаривает большинство населения северного и юго-западного Китая). «Мы наблюдаем бум в сфере юриспруденции, — говорит кадровый агент из Гонконга Эндрю Прингл, работающий на фирму Major, Lindsey & Africa. — Рынок разогрелся до предела». Прингл утверждает, что у него всегда есть 15-20 вакансий юристов, причем дело касается не только производственного и финансового сектора, но и банковской сферы, страхования и пр. «Буквально все — от юридических фирм до частных фабрик — ищут знающих северные диалекты специалистов по ценным бумагам, — жалуется Прингл. — Для кадровых агентств — это какой-то кошмар».

Если раньше китайские компании ориентировались в основном на привлечение внешних юридических фирм, то теперь они формируют собственные юротделы, нанимая, как правило, местных специалистов. Еще десять лет назад о профессии юрисконсультов никто даже не слышал, а сейчас каждая компания с годовым доходом от 200 миллионов долларов имеет в штате не менее 10 юристов.

Китайские юридические фирмы

Fotolia 87364512 XS1

Нехватка юридических кадров всерьез беспокоит правительство. Оно провозгласило, что к 2020 году планирует довести число практикующих юристов до миллиона и тем самым превратить Китай в один из лидирующих центров юриспруденции. В этой связи было решено привлекать дополнительные ресурсы для взращивания кадров за рубежом. Так в следующем году в Лондоне будет открыт Китайско-Британский колледж для юристов, призванный поднять уровень компетенции среди китайских юристов.

Однако попытки привить западную правовую модель зачастую натыкаются на общую неготовность общества к переменам. Причем это касается не только «народа», но и самих власть предержащих. В китайском законодательстве существует масса мелких, но в то же время значительных препятствий для развития юридического бизнеса. Например, закон требует, что в юридической консультации должно быть не менее трех профессиональных юристов. Разумеется, это лишает активных одиночек возможности завести свой бизнес.

В настоящее время от 50 до 60 процентов всех фирм состоят из трех адвокатов. Но лидирующие компании, такие как King & Wood могут иметь более сотни юристов и филиалы по всей стране и даже за границей.

Основным способом оплаты труда юристов является перенятая у Запада почасовая ставка (хотя фиксированный гонорар также встречается).

Как правило, услуги местных фирм стоят дешевле иностранных. Иностранцы исходят из ставок, принятых в Гонконге: рядовые сотрудники-юристы берут от 150 до 400 долларов США в час, партнеры — от 450 до 750 долларов. В некоторых случаях ставки повышаются до 800. Местные юристы-китайцы оценивают свой труд скромнее — в 100-350 долларов в час.

Прибыльность ведения юридического бизнеса в Китае

Общий рост экономики и вызванное им увеличение спроса на юридические услуги, а также дефицит на рынке высокопрофессиональных специалистов привели к тому, что прибыльность юридических фирм в Китае побила все рекорды предыдущих лет.

Так в фирме Paul, Hastings, Janofsky & Walker, открывшей свой первый офис в Китае пять лет назад, в 2006 году прибыль выросла на 50 % и достигла 53 миллионов долларов. «Поначалу мы росли медленно, но верно, но в прошлом году словно кто-то нажал на акселератор, — говорит глава фирмы Сит Зэкэри. — Так что наше терпение, наконец, вознаграждено».

Рост конкуренции между китайскими и иностранными фирмами

К настоящему моменту, несмотря на относительную молодость, китайские фирмы значительно повысили свой профессиональный уровень и составляют значительную конкуренцию западным коллегам. Этому способствовали:

• Бурный рост китайской экономики и приток иностранного капитала, дающие возможность китайским фирмам быстро накапливать опыт работы в корпоративном праве.

• Присутствие на китайском рынке передовых иностранных фирм, обмен опытом с ними.

• Активное развитие правовой системы Китая, активная поддержка местных фирм властями страны.

• Рост качества местного юридического образования, приток новых специалистов, получивших образование за рубежом.

• У китайских фирм, как правило, лучшая, чем у иностранцев, сеть контактов и они имеют связи с властями различных уровней.

• Многие транснациональные корпорации все больше осознают важность интеграции в местные обычаи. В связи с этим они начинают обращаться к китайским фирмам напрямую, минуя своих традиционных западных правовых советников.

И все-таки основным конкурентным преимуществом китайцев является запрет для иностранных фирм заниматься вопросами, связанными с китайским законодательством. Крупные клиенты требует от представителей западных фирм, чтобы они давали им консультации в том числе и по китайскому законодательству. В результате фирмы стали обходить этот запрет точно так же, как и их предшественники, которым вообще запрещали иметь юридическую практику в Китае: они называют свою работу не юридической, а бизнес-консультацией и нанимают в штат китайских юристов, называя их не адвокатами, а консультантами.

«Официально они выступают у нас в роли помощников, — говорит Уолкер Уоллас, партнер фирмы O'Melveny & Myers, находящейся в Шанхае. — Грань тут очень тонка: мы не должны нанимать китайских юристов, но опять же — официально мы и не нанимаем». По словам Уолласа, в их фирме постоянно работают около 10 китайских «консультантов».

Питер Ванг, партнер фирмы Jones Day, одного из лидеров в области судебных разбирательств в Шанхае, говорит, что около половины их сотрудников являются выпускниками китайских юридических факультетов. Фирма имеет несколько организационных уровней: американцы, выпускники юридических школ США, — в верхнем эшелоне, и китайцы — в нижнем.

В этой связи Шанхайская Ассоциация Юристов в апреле 2006 года обвинила иностранные фирмы в «незаконной экономической деятельности», так как те соблюдают законодательные ограничения лишь на бумаге, а фактически и нанимают китайских специалистов, и дают консультации по китайским законам.

Однако, несмотря на то, что китайские фирмы накопили большой опыт, они еще по-прежнему серьезно отстают от иностранных фирм в вопросах международного права и обслуживания комплексных проектов.

«Я думаю, что конкуренция между нами временна и иллюзорна, — говорит Ландон Праер, сотрудник Orrick, Herrington & Sutcliffe. — У нас фора примерно в 10 лет. Китайцы сейчас пытаются занимать наши ниши, у нас возникают трения, но мы тоже не стоим на месте и развиваемся».

Женское лицо китайской адвокатуры

Fotolia 178243733 XS1

Особенностью китайской адвокатуры является то, что практически половина ее представителей – женщины. Причем отнюдь не самый маленький процент прекрасных дам занимает там руководящие посты. Например, в юридической фирме «Хай Тхень Гао Шень» из семи заместителей руководителя – четыре женщины. А генеральным секретарем адвокатского собрания долгое время была госпожа Ма Цзень Дун, и ее назначение опять же никаких претензий у мужчин не вызывало. Руководитель «Хай Тхень Гао Шень», 48-летний Ху Фэн Бинь Ху объясняет лидерство женщин в китайской адвокатуре достаточно просто: требования там такие – или ты работаешь «на отлично», или никак не работаешь. Или «пять», или «два». А «троек» и «четверок» юридическая деятельность КНР не признает. Скидок на пол тоже никто не делает. Вот женщины и стараются. И зачастую преуспевают.

«Хай Тхень» является одной из самых заметных юридических компаний в провинции Хэйлунцзян по целому ряду параметров. Во-первых, на всю провинцию, насчитывающую 38 млн. человек, там всего 3500 адвокатов, из них в «Хай Тхень» работают 200. Для сравнения: в Приморье, где население – 2,4 млн. человек, адвокатская палата края насчитывает 1100 адвокатов. Во-вторых, у компании есть офис в Пекине, отделение в Гонконге и филиалы в семи китайских городах. Помимо общеюридических услуг (гражданские и уголовные дела) компания активно работает с предпринимателями. Несмотря на то, что среди адвокатских фирм Китая очень много частных компаний, государство все же регулирует эту сферу деятельности. Например, назначение главы адвокатского образования провинции Хэйлунцзян происходит исключительно «сверху» - по воле партии. И этот вопрос как некая данность никем не оспаривается.

Опубликовано в журнале ЮБ №04-2007

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика